22 апреля 2024, понедельник, 6:39
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

Мы дождемся

8
Мы дождемся

В память о Викторе Статкевиче.

Почему, черт возьми, снова про смерть? Кругом весна, птички, цветочки, давай уже позитив, хватит о трагическом. Я честно пытаюсь. И у меня, возможно, даже получилось бы, если бы на днях не умер Виктор Павлович Статкевич. Отец белорусского героя, не менее героически ждавший сына из тюрьмы.

Казалось бы, можно позавидовать Виктору Статкевичу: он прожил 98 лет. И несколько раз успевал встретить сына из лагерей, хоть и опасался, что не дождется. Долгая-долгая жизнь. Достойные сыновья, внуки, правнуки. Но ребенком он пережил войну – и умер тоже на войне: последние два года Виктор Статкевич жил в Украине, у старшего сына Александра. Когда над головой летят ракеты, а младший сын где-то далеко в застенках на долгий срок, и больше года нет ни весточки, ни звонка, ни надежды на встречу – это очень тяжкий конец жизни. И никто не знает, сообщат ли Николаю Статкевичу о смерти отца.

Виктор Павлович был учителем. В отличие от одного самозванца, называющего себя историком, Виктор Статкевич действительно учил истории детей. А в начале восьмидесятых уезжал «на севера» на заработки, чтобы благодаря северным надбавкам заработать хорошую пенсию. Работал на стройке, на время забыв про диплом учителя: семью нужно кормить, сыновьям нужно помогать. И помогал, даже будучи уже пенсионером. Он вообще был рачительным и экономным: когда во время предыдущей отсидки Николая к Виктору Павловичу в гости приехали независимые журналисты, он потом вышел проводить их и заодно пройтись к газетному киоску за свежей прессой. Тогда еще в киоске можно было купить «Народную волю», «Свободные новости» и барановичскую Intex-press. Журналистам Виктор Статкевич объяснял, что выписывать газеты не имеет смысла: возраст далеко за восемьдесят, каждый день может оказаться последним, так зачем деньги тратить авансом, если оплаченные заранее газеты он может уже и не прочитать? Разумнее каждый день ходить в киоск.

В 2011 году, когда кандидат в президенты Николай Статкевич сидел в СИЗО КГБ и ждал суда за акцию протеста 19 декабря, Виктор Павлович съездил в Украину на свадьбу внука. Многие тогда думали, что там и останется, будет жить в семье старшего сына. Но Виктор Статкевич вернулся в Барановичи, чтобы ждать писем от Николая. И, может быть, дождаться его освобождения. «Как я могу уехать оттуда, где мой второй сын в беде, где я пролил уже столько слез, что все обидчики бы утонули в них, если бы только могли? – говорил он журналистам Intex-press. – И как мне можно куда-то уехать отсюда, когда сюда приходят письма от моего сына? Когда вскоре здесь его будут судить? Я боюсь, что уже не дождусь своего Николая на свободе. Так хочу встретиться с ним хотя бы на суде».

Тогда Виктор Павлович все-таки дождался своего Николая на свободе. Хотя каратели и пытались изгадить жизнь не только сыну, но и отцу. Присобачивали на забор георгиевские ленточки, подбрасывали письма с угрозами. Представьте себе, каково это – человеку в возрасте под 90 лет, живущему только письмами от сына и отчаянной надеждой на встречу, доставать из почтового ящика анонимки, в которых написано, что если его сын Николай выйдет на свободу, то будет убит. Какой сволочи пришло в голову писать такое одинокому пожилому человеку, мы не знаем и, наверное, никогда не узнаем. Хотя жена Николая Марина тогда настояла на обращении в милицию по поводу угроз. Но что с такими обращениями делают в милиции – уж это мы с вами знаем очень хорошо.

Тем не менее Виктор Павлович тогда держался изо всех сил. Ждал сына. Успел в 2011 году съездить на короткое свидание в колонию до того, как Николая перевели на тюремный режим. После свидания, правда, говорил журналистам, что когда увидел исхудавшего бледного Николая, потом всю ночь плакал. Но слез его никто не видел – на людях Виктор Павлович всегда был улыбчив и спокоен. А о чем он плакал по ночам, так и оставалось в стенах его квартиры, иногда прорываясь признаниями местным активистам да ребятам из газеты Intex-press, навещавшим Виктора Статкевича.

Нет больше той барановичской газеты, всегда писавшей новости о Викторе Статкевиче. Стоит пустой его квартира на улице Жукова. И Виктора Павловича тоже больше нет. Помнить о нем и дождаться Николая на свободе – вот и все, что мы можем сделать ради его памяти. Мало? По нынешним временам – много.

Ирина Халип, специально для Charter97.org

Написать комментарий 8

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях