24 июля 2024, среда, 3:35
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

Союз-пузырь

6
Союз-пузырь

Насколько серьезно Пашинян поссорился с Лукашенко и как это отразится на ОДКБ.

Старой, удобной постсоветским автократам Армении не будет даже в том случае, если Никол Пашинян через год или два все же лишится власти. Перемены вошли в общество так глубоко, что дело уже не в персоналиях. И уж точно не в полуживой Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ).

Настоявшееся недоверие

Эпопея «Пашинян против ОДКБ» продолжается примерно столько, сколько революционный армянский премьер находится у власти. Он не всегда был прозападным, не всегда огрызался на Путина (бывало даже наоборот — учтиво провожал его в аэропорт, хотя дипломатический протокол такого не предусматривает), но у него всегда находился какой-то повод разозлить этот клуб пыльных постсоветских генералов, которым и был ОДКБ. И примерно с тех же пор черная кошка пробежала между Пашиняном и Лукашенко — казалось бы, совершенно случайно.

В 2018 году, когда в Армении сменилась власть, генсеком ОДКБ был Юрий Хачатуров — армянский генерал, который в свое время участвовал в разгоне протестующих, не согласившихся с результатами выборов 1 марта 2008 года. В истории современной Армении это страшное событие — 10 погибших (двое — полицейские), и не от рук врага, а от своих соотечественников.

Среди участников митинга был и сам Пашинян, который был вынужден сначала скрываться, а затем больше года провел в тюрьме. Отправить под суд Юрия Хачатурова вместе с бывшим президентом Робертом Кочаряном было для Пашиняна делом чести, и он добился этого, ломая все писаные и неписаные правила ОДКБ. Никто никогда не предполагал, что генсек такой организации может быть отозван собственной страной по отрицательным основаниям.

Причем же тут может быть Беларусь? А притом, что сразу после этого возник вопрос — имеет ли право Армения назначить на остаток срока (полтора года из трех) нового, «правильного» генсека, или же теперь очередь должна перейти Беларуси — по алфавитному порядку. В итоге победа не досталась никому: белорус Станислав Зась занял пост лишь в 2020 году и пробыл на нем до 2023, но история о том, как Армения и Беларусь боролись за весьма символическую позицию генсека ОДКБ, получилась драматичная.

Впрочем, если копать глубже, можно вспомнить системные разногласия между Ереваном и Минском и до Пашиняна — в 2016 году. Автократы легко находят общий язык друг с другом, и поэтому Алиева с Лукашенко давно связывают теплые дружеские отношения. Еще за полтора года до армянской «Бархатной революции» Лукашенко получил из рук азербайджанского президента орден Гейдара Алиева.

«Ильхам Гейдарович, я тебя очень благодарю за нашу дружбу. И поверь мне, я это ценю, — сказал Лукашенко, показывая на орден на своей груди. — Я отработаю». «Дружба» выражалась, например, в том, что Минск задержал на своей территории и выдал Баку путешественника Александра Лапшина, который бывал в Нагорном Карабахе и критиковал Ильхама Алиева в своем блоге в ЖЖ.

Лапшин поступил авантюрно. Имея паспорта России, Украины и Израиля, он сначала съездил по российскому паспорту в Армению и Карабах, опубликовал весьма резкий текст о политике Азербайджана, а когда азербайджанские пограничники внесли его в черный список, поехал уже в Баку, показав на границе украинский паспорт.

Все дело было в первой букве — в список вносили Aleksandr Lapshin, а приехал Oleksandr, потому что в украинском это имя пишется через «О». Когда шалость удалась, он радостно поделился своей хитростью с подписчиками. Азербайджанские чиновники были в ярости, хотя едва ли Лапшин мог нанести хоть какой-то ущерб национальной безопасности. Предположить, что поездка в Беларусь может закончиться в азербайджанском СИЗО, до этого случая не мог никто.

С точки зрения Азербайджана, любая поездка в Карабах до 2020 года была незаконным пересечением границы — все равно что поехать в Абхазию из Сочи или в Крым по мосту. Но одно дело — при случае не впустить такого человека к себе в страну, и другое — объявлять в международный розыск и заводить уголовное дело. Неудивительно, что ЕСПЧ встал на сторону Лапшина.

Что касается урегулирования карабахского конфликта, то Лукашенко тоже всегда сочувствовал скорее Азербайджану, чем Армении. В октябре все того же 2016 года (после того как в Карабахе впервые за 20 с лишним лет прошли серьезные бои) у них с тогдашним президентом Армении Сержем Саргсяном состоялся разговор, который затем утек в сеть.

«Тут твоя позиция слабовата: «Я не отдам тебе семь районов, потому что ты против меня начнешь воевать», — говорил Лукашенко. — А если не начнет?»

И озвучил предложение от Ильхама Алиева: за семь районов, окружающих Карабах и оккупированных армянами, Баку готов заплатить 5 млрд долларов. «Я ему даю 6 млрд [долларов], пусть откажется от этого», — с раздражением ответил Саргсян.

Как показала жизнь, возвращение семи в районов в обмен на некий статус Карабаха было лучшим вариантом урегулирования, который теперь безвозвратно упущен. Но на тот момент и Сержу Саргсяну, который лично воевал в 1992−1994 годах, и любому другому армянину слова Лукашенко казались оскорбительными.

Чем ближе к сегодняшнему дню, тем больше в отношениях Еревана одновременно с Беларусью и ОДКБ нарастали разногласия. Если Беларусь продает Азербайджану ракеты «Полонез», Россия — кучу других тяжелых вооружений, включая самые обычные артиллерийские снаряды и огнеметные системы «Солнцепек», выжигающие траншеи вместе с людьми, а Казахстан и Кыргызстан — просто поддерживают Баку из тюркской солидарности, то как можно полагаться на таких союзников?

Революционер и реакционер

Сила военного союза — в единстве задач и однозначной трактовке угроз. В ОДКБ этого не было попросту никогда. Если спросить каждого из его членов о главном враге, ответы будут разные. Путин скажет, что это НАТО и Украина, Лукашенко — что Польша и Литва, Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан вряд ли назовут кого-то конкретного — ответ будет в духе «нестабильность», «религиозный экстремизм» или «радикализм». Армения же ответит прямо и однозначно — это Азербайджан. Ради противостояния ему она и вступила в этот блок.

Тяжеловесный бюрократический аппарат, умноженный на политическую инертность — ОДКБ был таким всегда, но лишь Пашинян прокричал об этом вслух, как мальчик из сказки про голого короля.

Да, Армения не могла рассчитывать на помощь ОДКБ в удержании Карабаха, ведь он всегда признавался территорией Азербайджана. Но уже после Второй Карабахской войны, в 2021 и 2022 году, азербайджанские войска стали занимать позиции на суверенной территории Армении, улучшая свое тактическое положение. Основные события развивались на юге — возле Чёрного озера и городов Джермук, Горис и Сисиан. Ландшафт в этой местности — голые холмы, поэтому понять, где заканчивается Армения и начинается Азербайджан, очень сложно.

В мае 2021 года Ереван выполнил предписанную процедуру и обратился в секретариат ОДКБ по поводу вторжения, но получил ответ, что речь идет лишь о «пограничном инциденте». Эта формулировка очень разозлила армянское руководство.

«Будет хуже, вы же сами это понимаете»

В 2022 году ситуация усугубилась. В январе, еще до вторжения России в Украину, ОДКБ вдруг решила провести первую в своей истории неучебную операцию — охранять стратегические объекты во время протестов в Казахстане. Решение об этом было принято за одну ночь, через несколько часов после соответствующего обращения Токаева.

Имел ли он на это право — вопрос спорный. Как говорится в 4-й статье Договора, коллективная помощь должна быть задействована, «если одно из государств − участников подвергнется агрессии (вооруженному нападению, угрожающему безопасности, стабильности, территориальной целостности и суверенитету)».

Казахстан в 2022 году никакой вооруженной агрессии не подвергался — просто две внутриэлитных группировки боролись за власть руками силовиков, протестующих и даже подконтрольного криминала. Но чтобы подогнать ситуацию под букву договора, чиновники утверждали, что в Алматы на самом деле действуют иностранные боевики численностью в 20 тысяч человек. До этого в 2020 году про возможность задействования ОДКБ в восстановлении «стабильности» говорил и Лукашенко, но идея, к счастью, не получила развития.

В свою очередь, случай Армении лучше всего подходил под текст документа — самая настоящая вооруженная агрессия, пусть и ограниченная в масштабах. Но реагировать на это ОДКБ не собирался ни в 2021, ни в 2022 году году, когда в боях на достаточно длинном участке границы погибло в общей сложности 200 армянских военнослужащих.

Это было не просто обострение или перестрелка, а целая локальная война. Но осудить это даже на словах союзники по ОДКБ не захотели — Пашинян вспылил, отказавшись подписывать протокол саммита в ноябре 2022 года. Незадолго до этого в дело снова вмешался Лукашенко, еще раз подтвердив цену такого союза.

«Вы потребовали от нас определиться с нашей позицией. Вы что, не знаете нашу позицию? — отчитывал он Пашиняна, как школьника. — Мы хотим, чтобы между соседними государствами был урегулирован конфликт мирным путем. Второй вопрос: дайте дорожную карту по восстановлению территориальной целостности Армении. Какую дорожную карту?! Я вам на это сразу отвечаю: сядьте с Ильхамом Алиевым, если надо, попросите президента России и примите решение. Не примете сегодня — будет же хуже, вы же сами это понимаете».

Вдобавок Лукашенко признал, что никакого отпора Алиеву ОДКБ не будет давать в любом случае.

«Вопрос очень чувствительный и щепетильный. Это не то что с одной стороны ОДКБ и мы, члены ОДКБ, а с другой стороны Азербайджан. Это наши дружественные две страны, — продолжал свою нотацию Лукашенко. — Ну разве Азербайджан присутствующим здесь странам какой-то враг или противник? Нет. <…> Азербайджан возглавляет сегодня абсолютно наш человек — Ильхам Алиев. Что будет завтра — он же не вечен — никто не знает. Поэтому эти вопросы острые, как говорит Никол Воваевич, действительно надо решать сейчас. При нынешнем руководстве Азербайджана».

Не сильно лучше Минска высказывались и представители Москвы. На второй год российского вторжения в Ереване пожаловались, что не получили уже оплаченного из России оружия, так необходимого для восстановления армии после 2020 года.

Когда же пророссийские армяне пригласили в Ереван российских военных экспертов, чтобы сгладить противоречия и восстановить бреши в «вековой дружбе», речи гостей из Москвы не понравились никому. Например, Руслан Пухов прямо заявил, что Армении надо потерпеть, зато потом у России будет масса оружия — ведь промышленность получила сильный толчок. Дело за малым — дождаться конца войны в Украине.

Слушать такие отповеди Пашиняну надоело, и Армения стала медленно двигаться к выходу из ОДКБ. Сначала она просто игнорировала учения и мероприятия, а затем официально заявила о заморозке членства и даже перестала выплачивать взносы. Так что и слова Пашиняна про «союз-пузырь», и утверждение, что «как минимум две страны ОДКБ» помогали Азербайджану, и последняя публикация в Politico о новых подробностях военного сотрудничества между Баку и Минском — это важно, но уже не настолько. Чаша терпения переполнилась давно и новые капли уже просто выливаются через край.

Поэтому участие армянского представителя Армена Григоряна в швейцарской конференции по Украине, которая стартует сегодня, куда сильнее связано с реальностью, чем формальное членство в ОДКБ.

«Когда же Армения официально выйдет из ОДКБ?» — это просто вопрос, который можно вынести в заголовок и набрать определенное количество кликбейта. История знает примеры, когда страны годами состояли в забытых и бесполезных организациях, но это ничего не значило. Лучший пример — Украина, чей флаг в 2023 году (!) все еще развевался возле Таврического дворца в Санкт-Петербурге, пока его не сорвали лимоновцы. Там проходила Парламентская ассамблея СНГ, и служба протокола послушно повесила флаги всех государств-членов, видимо, очень сильно отстранившись от новостной повестки.

Роман Черников, «Вот Так»

Написать комментарий 6

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях