19 июля 2024, пятница, 17:36
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

ГУЛАГ залили хлоркой, но он вернулся

11
ГУЛАГ залили хлоркой, но он вернулся
Ирина Халип
Фото: «Наша Ніва»

Зато герои как были, так и остались.

В последнее время я читаю только ГУЛАГ. Книги с воспоминаниями уцелевших, архивные документы «Бессмертного барака» и «Мемориала», сохранившиеся письма. Читаю, потому что больше ничего не читается. И с каждой книгой, каждым письмом, каждым записанным рассказом все больше понимаю, что мы снова там же.

В советском Саратове в сороковые годы, оказывается, была маленькая подпольная организация детей – «Общество юных революционеров». Нет, понятно, что Лаврентий Берия ежедневно докладывал Сталину о подпольных контрреволюционных организациях, а чекисты ночами шили дела и выбивали признания в том, чего не было. Но у этих детей действительно было подполье. Это не из материалов дела, это из их уже взрослых воспоминаний после лагерей.

Лидером организации был 13-летний Гелий Павлов. Всем остальным – от 11 до 14. Пионеры, линейки, «всегда готов!» в школе, а дома вечером – клятвы, обсуждения, изготовление листовок. Спустя полвека его соратник, а в те времена тоже пионер-пятиклассник Сигизмунд Шварц вспоминал, что у них были устав и программа: «В Программе указывалось, что Сталин допускает преступления по отношению к коммунистам и интернационалистам, налицо отход от ленинских принципов руководства страной. Отсюда задачи «ОЮР»: 1. Пресечь преступления и любым способом убрать Сталина И.В. 2. Добиваться демократизации во всех областях. Пути достижения этого: 1. Расширение организации путем активного вовлечения в нее новых членов.2. Получить высшее образование. 3. Постараться занять высшие посты в правительстве (ребята даже делили «портфели»)». Дети хотели убрать Сталина и сделать СССР демократической страной. Ничего не напоминает?

Они писали листовки, наклеивали их в самых оживленных местах города и не разбегались, а наблюдали. И подходили к читающим, вступали в разговор, пытались разъяснять, что Сталина нужно убирать. А еще – подбрасывали листовки в машины сотрудников НКВД и оставляли перед квартирами партийных работников. Наивные отчаянные дети. Но они продержались три месяца. Три месяца подпольной детской борьбы, три месяца демонстративного поведения, три месяца листовок и тайных собраний – это по тем временам, считайте, подвиг Геракла. А когда ребят арестовали, они еще пытались агитировать следователей НКВД вступать в Общество юных революционеров. Ребята получили сроки от четырех до шести лет (четвероклассника Венедикта Егорова даже освободили, зачтя время в СИЗО, потому что куда девать одиннадцатилетнего, едва вступившего в пионеры, не знали даже энкавэдэшники) и отправились в детскую трудовую колонию. А вот мама Гелия Павлова была приговорена к восьми годам лагерей, мама Сигизмунда Шварца – к трем годам. Мам посадили за то, что не донесли на своих детей.

Наверное, это наше приобретенное свойство: читая о сталинских репрессиях, мы сразу думаем о своих репрессированных и находим самую что ни на есть прямую связь. Казалось бы, что может связывать саратовского школьника сороковых Гелия Павлова и наших политзаключенных? Да очень просто. Маму Гелия посадили за родственную связь. Маму Ольги Токарчук, жену Игоря Лосика, сына Виктора Бабарико, маму Марины Глазовой, жену Максима Сергеенко посадили за то же самое. Маму Павла Северинца Татьяну, маму Тихона Клюкача Инну задерживали за то же самое. Член семьи изменника родины – то, о чем во времена гласности с ужасом читали и не могли поверить; то, о чем молчали вернувшиеся из лагерей, не желая причинять страдания детям и внукам; то, что уже никогда не должно было вернуться, и все это знали, - вот оно. Смердящее, восставшее из ада, кишащее червями, гниющее – вот оно. Похороненное с осиновым колом и свинцовой пулей, залитое ведром хлорки – вот оно. Вернулось.

Но мамы по-прежнему не доносят на своих детей и не предают их. Идут вслед за ними в тюрьмы и гордятся своими детьми. А дети, будь им 15 или 50, по-прежнему сопротивляются. Кстати, среди тех саратовских детишек был будущий академик Лев Питаевский, соавтор того самого «Курса теоретический физики», по которому до сих пор учатся юные физики во всем мире. Представляете, какого прорыва во всем – в науке, искусстве, политике, государственном строительстве – смогут добиться тысячи наших политзаключенных, когда выйдут на свободу? За будущее страны можем быть спокойны. За прошлое – тоже: там были лесные братья, БНПД (Белорусское народное партизанское движение) и саратовские школьники. Вот только с настоящим еще придется побороться.

Ирина Халип, специально для Charter97.org

Написать комментарий 11

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях