26 апреля 2019, пятница, 13:51
За нашу и вашу свободу!
Рубрики

Николай Статкевич: Люди труда должны выйти против холуев

40
Николай Статкевич

Акция 1 мая состоится в центре Минска и других городов.

Об этом в интервью телеканалу Белсат заявил один из лидеров Белорусского Национального Конгресса Николай Статкевич.

- Расскажите, чего нам ожидать 1 мая?

- Это будет праздничная акция. 1 мая в Беларуси – государственный праздник, День труда. Это и международный праздник - Международный день солидарности трудящихся. Лукашенко, который шел во власть, обещая защищать права трудящихся людей, сделал так, что в центре Минска уже 20 лет не празднуется Первомай. Он загнал празднование на окраины города, а затем и в остальных городах этот праздник был запрещен. Такое впечатление, что люди, которые обворовывают наш народ, брезгуют трудом, брезгуют людьми, никого не хотят видеть в центре Минска.

Мы хотим вернуть традицию празднования 1 мая в центре наших городов, которая была десятилетиями. Во-вторых, у людей труда сейчас огромное количество проблем. Как я и говорил, человек, который обещал защищать права трудящихся, за счет простых людей решает личные проблемы и проблемы своих холуев.

Мы планируем праздничную акцию, во время которой будем говорить о проблемах, которые возникают у людей труда. У нас есть проект резолюции, который сейчас обсуждается и замечания к которому к нам приходят. И мы будем ставить на голосование этот проект. Есть еще одна причина собрания – солидарность. К сожалению, так случилось, чтобы запугать людей, чтобы доказать сумасшедший бред одного человека, двадцать молодых мужчин посадили в тюрьму. Их семьи страдают. Мы должны показать свою солидарность с этими людьми. Все это является тремя целями акции: первое – сам праздник, второе – проблемы людей труда, третье – наша с вами солидарность.

- То есть получается не просто праздник, а и акция солидарности, и акция протеста?

- Все вместе. Так исторически сложилось, что в этот день трудящиеся обсуждают свои проблемы, а если надо – протестуют.

- Так сложилось, что каждая акция, которую вы возглавляете, либо входите в оргкоммитет, происходит похожим образом, мы имеем в виду отношения с властями. Вы просто ставите власти в известность, как это принято в нормальных странах. Это борьба за пространство свободы?

- Это борьба за конституционное право. 35 статья Конституции гласит: люди имеют право на мирные собрания и демонстрации. Но сегодня незаконный «парламент», который исполняет команды одного человека, ведь там сидят одни марионетки, напринимал таких законов, что закон о проведении массовых акций, можно назвать законом «о непроведении массовых акций». Они разрешают шествие на Бангалор, где в одном месте ширина тротуара – полтора метра. Что это за демонстрация? Время вернуться к Конституции.

Лукашенко незаконно занимает должность президента. Конституция гласит, что «президент является гарантом всех конституционных прав». Пусть честно скажет, что из конституционных прав он не собирается нам гарантировать. Пусть скажет: я не могу вам гарантировать нормальную работу, cправедливую оплату труда, не гаранитрую вам соблюдение ваших прав, не гарантирую права на свободные собрания. Но ведь в Конституции это записано. Даже если он скажет: я больше вам ничего не гарантирую, только содержите меня, мою семью и холуев – все равно мы будем бороться за свои права. Никто нам ничего не даст, если мы хотим перемен.

Кроме улицы у нас нет других рычагов. Во-первых, мы должны вернуть себе право собираться в центре города. Не нужно этого бояться. Cегодня еще один разгон обойдется Лукашенко в $3,5 миллиарда кредита МВФ. Пусть только попробует.

- То есть по сравнению с акцией 25 марта вы прогнозируете, что никаких жестких действий и брутальных разгонов не будет?

- Знаете, когда во власти находится больной на голову человек – нельзя гарантировать что-то на все 100%. Но замечу, что тот разгон Лукашенко очень дорого обошелся, его люди ездили в Нью-Йорк, где им должны были дать кредит, который он хотел пустить, конечно же, не на людей, а на милицию, спецслужбы, чиновников, чтобы наши дети выплачивали этот кредит. После того, что случилось 25 марта – кредит не дали, отложили, но надежды у него еще есть. Один удар дубинкой – и он может забыть про эти деньги. Пусть залазит в свои загашники, в свои иностранные счета и кормит своих псов, чтобы они голодные не загрызли его самого. Я думаю, что мозг у него включится, и с интервалом в один месяц такое творить не будут. Мозгов должно хватить, хотя гарантировать я ничего не могу.

- Мы все надеялись, что мозг у него включится на День Воли, но не включился. В случае того, если власти снова вас задержат, как это было 25 марта, есть ли какое-то виденье того, как без вашего участия должна пройти или не должна пройти эта акция,?

- Cпасибо за вопрос, потому что нужно об этом сказать. Во-первых, прятаться я уже не буду, так, как это очень дорого обходится людям, которые меня прячут. А затем будут всякие взломы соцсетей, заявления от моего имени, а если задержат – будут отказываться от того, что я у них был. Если меня задержат – не верьте каким-либо заявлениям от моего имени, что якобы не нужно выходить. Вы выходите не за кого-то и не за кем-то. Вы выходите за свое. Чтобы защитить свое достоинство, свою жизнь и жизнь своих детей.

Во-вторых, если я не дойду до вас, собирайтесь со стороны ГУМа на Октябрьской площади: им будет сложно даже остановить движение метро, ведь станция узловая. Место позволяет куда-то пойти, в одной стороне – резиденция, в другой – Дворец Независимости, cзади – Площадь Независимости, рядом – две тюрьмы, в которых сидят невинные люди...

Они еще десять раз подумают перед тем, как запретить наше собрание, в их интересах, чтобы наша акция состоялась там, где мы его запланировали – на Октябрьской площади. Если меня не будет, думаю, что там найдутся достойные лидеры. Можно походить по улицам, май, обещают хорошую погоду. Главное для нас сегодня вернуть традицию первомайских демонстраций, которые Лукашенко запрещает на протяжении 20 лет. У нас есть на них право.

- Хотелось бы спросить насчет оптимизма - пессимизма, который, возможно, появился у людей наблюдавших либо участвовавших в «Чернобыльском шляхе». На шествие вышло меньше людей, чем на другие акции этой весны. На ваш взляд, людей не интересует проблематика Чернобыля, и на 1 мая стоит ожидать больше участников, так как социальная тематика ближе людям?

- Знаете, люди уже увидели, что такое настоящие протесты. Белорусы выходили на улицы без всяких просьб, прошений из разряда «дайте против вас попротестовать». Они выходили в центры своих городов. Люди не хотят, как военнопленные, идти на площадь Бангалор, опустив головы, где их никто не видит и не слышит. Белорусы хотят достойно протестовать. Я не знаю сколько будет участников, но знаю, что это очень важно, чтобы нам не пришлось снова возвращать эту площадку для протестов. И знаю, что 1 мая на акцию выйдут самые мужественные, достойные граждане.