28 января 2023, суббота, 16:39
Сим сим, Хартия 97!
Рубрики

Александр Фридман: Токаев улыбался, когда Лукашенко говорил о развале ОДКБ

8
Александр Фридман: Токаев улыбался, когда Лукашенко говорил о развале ОДКБ

Судьба диктатора зависит от результата войны в Украине.

Саммит ОДКБ в Ереване завершился унижением для Путина и Лукашенко. Премьер-министр Армении Никол Пашинян отказался подписывать проект декларации Совета коллективной безопасности ОДКБ и проект о совместных мерах по оказанию помощи Армении. Сайт Charter97.org попросил прокомментировать демарш главы Армении историка, доктора философии, преподавателя университета имени Генриха Гейне ( Дюссельдорф) и Саарландского университета  (Саарбрюккен) Александра Фридмана.

— Вполне ожидаемо, потому что Армения уже много раз выражала недовольство действиями, вернее сказать — бездействием ОДКБ в связи с войной в Азербайджане. Поэтому то, что Армения не подпишет какую-то декларацию, в которой позитивно оценивается деятельность ОДКБ, было очевидно. Просто немного странно, что сторонам не удалось договориться о каких-то оценках, которые устроили бы всех. В итоге все закончилось демаршем Пашиняна.

Думаю, что он пошел на это полностью осознанно, чтобы показать западным партнерам Армении и армянскому народу свою готовность отстаивать интересы страны и принципы армянского государства, даже идти на определенные конфликты с Россией. Конечно же, это символическое событие, но оно показывает, что разногласия настолько серьезны, что в итоге всем странам-участникам саммита не удалось договориться даже об общей оценке. Это своего рода поражение российского президента и Лукашенко, который ему в Ереване активно ассистировал.

— В России любят называть ОДКБ «восточным НАТО», есть отсылки к организации «Варшавского договора». Насколько такие сравнениям могут быть уместными?

— По духу — это попытка воссоздать новый военный блок под эгидой России. «Варшавский договор» был таким военным блоком под эгидой Советского Союза. Отношения в нем тоже были очень разными, были и конфликты, и противоречия. Албания вышла из него в 1968 году, а Румыния предпочитала находиться на дистанции. Происходящее в ОДКБ, не является таким исключительным событием. Однако все происходит в очень неудобный для России момент, потому что сейчас, когда Путин завяз в войне в Украине, партнеры по ОДКБ не демонстрируют готовности поддержать Россию, даже такие страны, как Казахстан. Последний открыто подчеркивает свою нейтральную позицию. Только Лукашенко на всех парах поддерживает Россию.

В такой ситуации еще добавляется этот конфликт с Арменией, когда Пашинян громко хлопает дверью. Это, конечно, для России очень неприятно, но в целом такие конфликты в больших военных блоках случаются. Даже если мы посмотрим на НАТО, там тоже отношения далеки от гармонии: в связи с принятием Швеции и Финляндии есть конфликты, отношения между Турцией и Грецией откровенно плохие.

— Вы сказали про поражение российского президента. Как слабеющие позиции Путина влияют на ОДКБ?

— Если мы посмотрим на те страны, которые находятся в ОДКБ, они просто видят и наблюдают, что Россия не достигает своих целей в Украине. Что Россия на самом деле куда слабее, чем многие думали до 24 февраля. По большому счету, как мне кажется, того же таджикского президента Рахмона мало заботит судьба Украины. Я не думаю, что его как-то особенно трогает то, что происходит в Украине, что там идут бомбардировки, гибнут люди.

Диктаторы к этому относятся довольно спокойно. Тот же Рахмон для себя наверняка отметил, что Россия попала в международную изоляцию, что у России не получается достичь своих военных целей, что российская армия демонстрирует свою слабость, что во многом Россия — это хоть и колос, но колосс на глиняных ногах. В таких условиях опытные политики, коим является и Рахмон, позволяют себе резкие заявления, как он, например, сделал на последнем заседании СНГ.

Токаев называет российскую «специальную военную операцию» войной, открыто заявляет о своей нейтральной позиции и даже принимает по телефону поздравления от Зеленского. Потому что он видит, в какой ситуации находится Россия и что ставить на Россию с практической точки зрения — не самый разумный шаг, надо вести себя более осторожно. Самая благоприятная с его точки зрения позиция — это нейтралитет, который Казахстан и занимает.

Один из тех, кто не пытается пользоваться слабостью России, потому что он просто не может, это Лукашенко. В отличие от Токаева и Рахмона, он от России куда более зависим.

— Может ли начаться выход стран из этого блока, если Россия продолжит слабеть на фоне войны в Украине?

— Это очень хороший вопрос. Я думаю, что сейчас — нет. Выход возможен в случае форс-мажоров. Например, в случае нового витка армяно-азербайджанского конфликта, если со стороны России и со стороны ОДКБ не будет предприниматься в дальнейшем никаких шагов в пользу Армении, а члены ОДКБ и дальше будут заигрывать с Азербайджаном. Тот же Алиев перед заседанием ОДКБ открыто заявил, что у Азербайджане в этом блоке даже больше друзей, чем у Армении, которая является членом ОДКБ.

И то, что произошло в Ереване, это во многом подтверждает, что у Армении с друзьями в ОДКБ, мягко говоря, не очень. Смешно называть того же Лукашенко другом Армении после всего того, что он в последнее время заявляет и его однозначных реверансов в сторону Азербайджана.

Поэтому там возможны, конечно, форс-мажоры, возможны обострения. Теоретически нельзя исключать, что та же Армения в случае эскалации покинет ОДКБ.

Может быть и обострение отношений между Россией и Казахстаном, если Путин будет пытаться сломить Токаева и заставить его отказаться от нейтрального курса. Теоретически — это все возможно.

На практике, я думаю, конфликты будут углубляться, они парализуют деятельность ОДКБ, но на данный момент выход и открытый демарш какой-то страны кажется маловероятным.

В случае, конечно, если Россия потерпит военное поражение и полностью проиграет эту войну, тогда, скорее всего, Лукашенко окажется прав — ОДКБ развалится.

Лукашенко единственный человек, который в этой лодке с Путиным сидит и пытается в нее затянуть других. Не знаю, насколько он на самом деле верит в то, что говорит, но пока у него слабо получается. Заседание в Ереване еще раз показало, что страны-участницы ОДКБ заняли такую позицию: вы там вдвоем плывите, а мы посмотрим, до чего вы «доплаваетесь».

— Вы уже вскользь упомянули слова Лукашенко о том, что «если Россия проиграет и рухнет— его режим похоронит под обломками». Насколько этот сценарий вероятен?

— Насколько я понимаю, он ко всем остальным обращался, что все рухнут, не только он. Токаев, по-моему, даже улыбался, когда это услышал, потому что ему это было слышать смешно. Честно говоря, его позиции кризис или развал ОДКБ не пошатнет.

Лукашенко же это касается напрямую, он связал свою политическую судьбу с этой войной. Поэтому если даже степень вовлечения Беларуси в войну останется на сегодняшнем уровне — не будет перейдена «красная черта» с отправкой белорусских военных в Украину — все равно Лукашенко в случае российского поражения ожидают серьезные последствия. Маловероятно, что он удержит власть в случае тотального российского поражения. Что касается остальных глав стран ОДКБ, то я думаю, что для Пашиняна, Рахмона или Токаева принципиально российское поражение ничего не изменит. Даже более того — ослабление России даст им новое поле для маневров.

— Какие еще процессы на постсоветском пространстве может запустить ослабление Путина?

— Опять же, здесь надо определить — что есть ослабление Путина. Если мы говорим о тотальном поражении, то есть восстановлении Украины в границах 91-го года — это поставит крест на всех интеграционных проектах, которые Россия вела на постсоветском пространстве. По крайней мере, эти интеграционные процессы очень сильно ослабнут.

Происходящие сейчас события для Путина является абсолютно фатальными, потому что все эти 20 лет он развивал интеграционные процессы на постсоветском пространстве, пытаясь интегрировать страны экономически, военно и политически. В 2022-м году в процессе этой интеграции он отбрасывается назад, потому что есть конфликты даже с теми странами, которые с Россией сотрудничают.

Крах России в Украине грозит также крахом всех интеграционных процессов, которые инициировала РФ на постсоветском пространстве. Вялотекущий характер войны без успехов России грозит тем, что эти процессы будут заморожены.

Сегодняшняя Россия во внешнеполитическом смысле изолирована с одной стороны, а с другой стороны, из-за ограниченных финансовых возможностей, ее привлекательность очень сильно падает.

Многие страны на постсоветском пространстве сотрудничают с РФ и продолжают работать с ней только по той простой причине, что у них нет других возможностей, у них нет особых альтернатив. Но эта слабость России дает им новое поле для маневра, новую свободу развития. Для стран постсоветского пространства ослабление России является шансом.