25 мая 2024, суббота, 16:47
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

Роман Свитан: Оказался бы рядом с Лукашенко — рука бы не дрогнула

47
Роман Свитан: Оказался бы рядом с Лукашенко — рука бы не дрогнула
Роман Свитан
Фото: ostro.org

Полковник ВСУ рассказал о белорусских корнях, плену в «ДНР» и будущем белорусов и украинцев.

Полковник ВСУ, летчик-инструктор Роман Свитан — один из самых известных военных экспертов в Украине. Сайт Charter97.org узнал, что у Романа Григорьевича есть белорусские корни. Есть в его биографии и плен в самой страшной тюрьме «ДНР» — «Изоляции».

В интервью сайту Charter97.org Роман Свитан рассказал о своем белорусском происхождении, пытках в российском плену, полномасштабной войне России против Украины и будущем белорусского и украинского народов:

— Мне — 60 лет, и со всеми родственниками, пока те были живы, успел изучить свои корни. Я дошел практически до пятого поколения. Так вот, одна из веток по материнской линии — из Беларуси. Моя бабушка Мария родилась в селе Ядуты (село, расположенное на территории Борзнянского района Черниговской области — прим.) в 1913-ом году. Ее отец — мой прадед — украинец Иван Дмитренко, а его жена — белоруска-литвинка Мотря Дмитриенко.

Получается, что моя бабушка — наполовину белоруска, а значит часть белорусской крови есть и во мне. Можно даже сказать, что я литвин по матери.

В 1913-ом бабушка родилась, а в 1933-ем, когда был Голодомор, красноармейцы в Ядутах проводили зачистку, выгребали все зерно. Они окружили Ядуты, которые 20 лет сопротивлялись российской власти и раскулачиванию. У Ивана, моего прадеда по матери, было 13 детей и своя мельница — «кулак» в чистом виде.

Его пришли «раскулачивать». До этого забрали всю муку и зерно, а тут пришли за посевным зерном. Если же весной не посеешь, то всё — семья мертвая. В итоге в 1933-ем году деда моего расстреляли, а прабабушку-белоруску забрала ВЧК, никто ее больше не видел. Наверное, ее тоже расстреляли.

Малышню разобрали местные, родственники, а тех, кто был старше 18-ти лет, направили в поселение на работы. Вот так мою 20-летнюю бабушку Марию и перебросили на Донбасс в село Первомайское. Получается — как арестантку. Позже она вышла замуж на председателя колхоза — Егора Бороденко. Позже родилась моя мама. Кстати, у нас в семье все долгожители — живут 100-103 года.

Вот такая часть литвинских корней у меня есть. Причем, с такими геноцидными действиями от россиян.

«Я остался руководить партизанским движением»

— В вашей биографии была такая страница, как российский плен и тюрьма «Изоляция» в Донецке. Как вы туда попали? Что там происходило?

— Я родился в Макеевке в 1964-ом году (город в Донецкой области Украины, который с 2014-го года находится под оккупацией РФ — прим.), видел все происходящее в Донецке с самого начала.

В 17 лет я поступил в Черниговское летное училище. Как раз поехал на землю предков. Выучился, летал, отслужил, занимал пост начальника 72-й авиабазы ХУПСа (Харьковский национальный университет Воздушных Сил — прим.), ушел на пенсию и вернулся на Донбасс.

В 2013-ом году, когда Янукович нехорошо себя повел на Майдане, наша донецкая афганская организация «Никто кроме нас» была в Киеве уже 2 декабря 2013 года.

С Майдана я вернулся на Донбасс уже военным советником губернатора Донецкой области Сергея Таруты. Обязанности были примерно как у секретаря Совета национальной безопасности, но только в области.

Когда россияне стали заходить, то мы сразу организовали на Донбассе штаб, похожий на Ставку. В нее вошли все силовики: начальник СБУ, глава МВД, начальник Нацгвардии. В общем — весь силовой блок. Естественно, мы начали подготавливать сопротивление внутри, партизанские отряды, батальоны ополчения. Когда они полностью захватили область, я остался руководить партизанским движением.

В 2019 году о Романе Свитане и о том, как он был в плену, сняли документальный фильм из цикла «Герои украинского Донбасса».

«Один из пальцев раздробили на 17 кусков»

Я попал в плен к российским спецслужбам. Меня выследили и сдали ГРУшникам местные донецкие менты. Те, которые были как раз в составе штаба по противодействию. Они практически в полном составе перешли на российскую сторону.

Меня арестовывали восемь автоматчиков, перебив мне прикладами большие пальцы на ногах, чтобы не убежал. Я до сих пор с трудом хожу. Один из пальцев раздробили на 17 кусков.

Привезли меня в «Изоляцию», где несколько дней пытали, использую все ГРУшные прибамбасы: резали кинжалами бедро, загоняли иголки под ногти, выдавливали глаза, паяльником водили по телу. Даже «сыворотка правды» была.

Они выбивали информацию, но партизанская деятельность, которую мы вели, хороша тем, что некоторые вещи обо мне они и так знали (я же светился везде), а то, что не знали, так я и сам не знал. Партизанская деятельность как таковая не дает возможности знать, кто ниже тебя по уровню через, скажем, колено. Непосредственного руководителя я знаю, а всю группу — нет. Для них было важно что-то выпытать про нашу партизанскую деятельность, а как с меня что-то «выпытать», если я не знаю? В общем, резали меня, зашивали, снова резали. Самое страшное было, когда паяльником ломали зубы и разогревали нервы.

Во всех пытках постоянно участвовал местный «доктор Менгеле» — Юрий Евич. Он держал меня в сознании, зашивал. Кстати, все эти пытки, которые там были, он описал в книге. Вот если набрать в Google «Юрий Евич, полковник Свитан», то Google выдает как раз ссылки на его описания.

Один раз я умер на пыточном столе, когда мне уже дорезали бедро до артерии, кровь ушла. Наступила клиническая смерть, но Евич успел меня откачать.

Обо мне, кстати, даже Путину докладывали, мол, взяли «великого комбинатора» Донбасса. Затем в «Изоляцию» приехал так называемый премьер-министр «ДНР», гражданин России Александр Бородай (сейчас – депутат Госдумы РФ от «Единой России») и проводил со мной допрос лично.

Причем, обычно все остальные были либо в масках, либо мне на голову был надет мешок. Бородай же был на допросе без маски, и с меня ее сняли. Все остальные были в масках.

В конце допроса вердикт: расстрелять. Самое интересное, что всех, кто участвовал в моем задержании, поломали в подвале, практически все мертвы, кроме нескольких человек. Один из них — доктор Евич, который до сих пор жив.

«Я нужен был для обмена»

В общем, я попал в расстрельные списки. Меня уже везли на кладбище, но по дороге, «по заказу» одного из тогдашних главарей боевиков «ДНР» Игоря Безлера (Беса), машину со мной перехватили боевики батальона «Восток» и отбили. Некоторое время я находился на базе «Востока», затем меня переправили в Горловку.

Безлеру я нужен был для обмена. Я был в списке 15-ти пленных, которых готовили обменять на диверсантку Ольгу Курыгину, которая была у нас в плену. По итогу меня первого отдали до обмена, потому что начался сепсис, температура подскочила под 40. «Бес» сказал, что «все равно сдохнет», мол, пусть забирают Свитана.

Так я вырвался из плена, попал в Днепр к хорошим врачам, где меня собрали, поставили на ноги. По итогу я находился неделю в «Изоляции» и неделю у Безлера.

В Днепре, когда стал на ноги, был военным советником губернатора Днепропетровской области и мэра Днепра.

— Теперь же вы сотрудничаете со многими СМИ как эксперт. Сегодня многие аналитики мудрые «задним числом» и рассказывают, что предвидели полномасштабную войну. Скажите, вы ожидали того, что Россия 24 февраля нападет на Украину?

— Конечно. Это было понятно в декабре 2013-го года. Все началось с Януковича. Россияне в 2014-ом зашли в Крым, полезли на Донбасс и было понятно, что РФ не остановится. Это империя, которая остановится только тогда, когда развалится.

То, что они готовы к нападению, было понятно за год до 24 февраля. Как только было принято решение разворачивать широкомасштабные учения вдоль границы с Украиной. Это стало началом скрытной подготовки ко вторжению. Как только в Беларусь вошло более 10 тысяч войск, все сразу стало понятно. Простые учения никогда не проводятся войсками более 10 тысяч: если же заводится больше, то это уже широкомасштабная переброска — подготовка к нападению. Путин ждал только окончания Олимпиады в Китае.

— У вас часть семьи в приграничной с Беларусью Черниговской области. Ожидали ли вы, что российские войска пойдут из Беларуси и Лукашенко станет со агрессором?

— Могу сказать, что украинцы никогда не простят Лукашенко совершенные им преступления. Дайте мне автомат — и моя рука не дрогнет сходу его расстрелять. Он конкретно участвовал в убийстве людей, он предоставил территорию Беларуси. Подчеркну, он конкретный участник убийств мирных украинцев.

Хочу обратиться к белорусам, цитируя нашего знаменитого поэта Тараса Шевченко: «Борітеся – поборете! Вам Бог помагає!». Боритесь, белорусы.

Мы изгнали Януковича пинками, а с Лукашенко вы уже сами решите, как поступить, но, однозначно, нужно бороться и уничтожать агрессора. Украинский же народ считает белорусов братьями. Наши судьбы переплетены.

Написать комментарий 47

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях