20 сентября 2021, понедельник, 1:23
Сим сим, Хартия 97!
Рубрики

Экс-министр реформ Эстонии: Санкции против режима Лукашенко — это определенно то, что может сделать международное сообщество

1
Экс-министр реформ Эстонии: Санкции против режима Лукашенко — это определенно то, что может сделать международное сообщество
Лииа Хэнни
Фото: ega.ee

Ключ к изменению ситуации — в наших руках.

По уровню развития Эстония является одной из самых успешных стран на постсоветском пространстве. Во многом это стало возможным благодаря эффективным реформам сразу после обретения независимости.

Как Эстония смогла добиться такого уровня благосостояния? Что из эстонского опыта может позаимствовать Беларусь для успешного развития после победы над диктаторским режимом?

Об этом сайт Charter97.org поговорил с экс-министром реформ Эстонии, старшим экспертом E-Governance Academy и председателем комитета по окончательному тексту конституции Эстонии Лииа Хэнни (Liia Hänni).

– Вы были министром реформ Эстонии с 1992 по 1995 год, почти сразу после распада Советского Союза. Насколько важен был этот период для реформ и дистанцирования от советских методов правления?

– Я была министром первого конституционного правительства после восстановления независимости Эстонии. Этим летом мы отмечаем важное событие – 30-летие независимости нашей страны. Первое правительство возглавлял Март Лаар, очень молодой и энергичный премьер-министр того времени. Стоит отметить, что тогда правительство подвергалось резкой критике. Реформы были очень болезненными для населения, но теперь прошло время, и многие в Эстонии признают, что изменения были абсолютно необходимыми. Я считаю, что любой политик должен делать то, что нужно для страны в первую очередь, не думая о популярности. Политик должен выполнять свою задачу.

– В чем заключались основные достижения вашего министерства за этот период?

– Хочу пояснить, что у меня не было собственного министерства. Моя роль в качестве заместителя премьер-министра заключалась в координации деятельности различных министерств по реализации трансформации прав собственности. Целью реформы собственности было положить конец господству государственной собственности путем приватизации. В этом процессе были задействованы все министерства. Мне удалось добиться того, чтобы реформы проводились во всех сферах: владение землей, приватизация предприятий, аграрная реформа и другие. Я была там менее 3 лет, и этого было недостаточно, чтобы провести все процессы реформирования, но поставить этот поезд на рельсы было моей главной целью. Концепция трансформации собственности была очень специфической, потому что это была не только приватизация государственного имущества, но и реституция прав собственности довоенных владельцев. Это была непростая задача, но мы в Эстонии решили, что не можем восстановить правопорядок, не решив важную проблему: не вся собственность, например, земля, принадлежит государству на законных основаниях.

Национализация земли была незаконным действием Советского Союза. Необходимо было восстановить справедливость, и одной из моих задач было обеспечить плавность этого процесса. Было много сложностей, но я рада, что Эстония считается страной, которая осуществила трансформацию собственности в соответствии с законом.

Конечно, я не могу сказать, что процесс был абсолютно безкоррупционным, но, по крайней мере, не было случаев политической или масштабной коррупции. Эстонскому народу было тяжело, многие до сих пор считают, что министр реформ виноват в том непростом переходном периоде, но я уверена, что для блага общества необходимо было провести радикальные реформы.

– Как Эстонии удалось стать одним из самых успешных европейских государств Балтии из постсоветской республики?

– Скорость реформ, безусловно, важна. Существует ограниченное время, когда радикальные реформы могут быть осуществлены после смены власти. Если вы упустите это время, кардинальные изменения будут все труднее и труднее.

В 1990 году мы избрали в Эстонии два представительных органа – Верховный Совет СССР (переименованный в Верховный Совет) и Конгресс Эстонии. Я была участником обоих. Эстонский Конгресс представлял граждан довоенной Эстонской Республики; Верховный Совет был представительным органом всего населения Эстонии. Эти два выборных органа заключили соглашение о восстановлении Эстонской Республики на основе правовой преемственности эстонской государственности начиная с 1918 года. Я хотела бы отметить, что Эстония провозгласила независимость не сразу после первых свободных выборов в марте 1990 года, а в переходный период, этап независимости. Может быть, поэтому у нас не было кровавых событий, подобных тем, что были в Литве в январе 1991 года. Мы провозгласили независимость, когда в Москве произошел путч, когда было не с кем вести переговоры.

Важно понимать дальнейший курс развития Эстонии после провозглашения восстановления независимости. Мы решили написать новую Конституцию и учредили Конституционное собрание, в которое вошли 30 членов Верховного Совета и 30 членов Конгресса Эстонии. Некоторые говорят, что я «мать Конституции Эстонии», потому что я была председателем комиссии по окончательному тексту основного закона. Конечно, я очень горжусь тем, что наша Конституция признана успешной. Он защищает права и свободы людей и демократических структур в нашей стране. Я считаю, что успех Эстонии в разрушении остатков советской системы начался именно со вступления в силу новой Конституции. Современное государство создавалось практически с нуля и не опиралось ни на какие советские структуры.

Развитие многопартийных политических систем также важно для демократии. Наша избирательная система построена таким образом, что поддерживается формирование многопартийного парламента. В Эстонии у нас всегда коалиционное правительство. Государственная власть в руках одной политической партии может быть опасна для демократии.

– Сегодня вы старший эксперт E-Governance Academy. Что это за организация и чем она занимается?

– Когда я ушла из политики, мой бывший коллега по парламенту пригласил меня в штат E-Governance Academy. Это неправительственная организация, основанная в 2003 году тремя частными лицами – энтузиастами, которые для эффективного правления использовали информационные и коммуникационные технологии (ИКТ).

Моя роль заключалась в том, чтобы запустить программу электронной демократии с целью использования технологий не только для государственных услуг, но и для облегчения участия граждан в процессе разработки политики. E-Governance Academy недавно провела крупную международную онлайн-конференцию. Мы работаем с более чем 100 странами, чтобы помочь правительствам реализовать различные инициативы в области ИКТ, которые необходимы для электронного правительства, такие как цифровая идентификация и функционально совместимые информационные системы. Поэтому мы сейчас очень заняты, потому что COVID-19 показал, насколько важно, чтобы все государственные операции были в сети. В нашей организации работают очень опытные люди, поэтому я очень рада быть частью команды, поддерживающей цифровое развитие по всему миру.

– Почему сегодня важно помогать государственному сектору и организациям гражданского общества в цифровой трансформации?

– Правительства, а также гражданское общество получают выгоду от использования ИКТ. Эстония как электронное государство – хороший тому пример. Мы рассказываем и учим других тому, что сделали в Эстонии. У нас есть базовое понимание того, что на самом деле означает электронное правительство. Это очень важное знание. Вопросы интернет-безопасности и защиты конфиденциальности сейчас также очень актуальны. В Эстонии мы смогли разработать безопасную инфраструктуру, которая защищает людей и бизнес от вредоносных технологий.

– Стоит отметить успехи Эстонии в продвижении IT-сферы в стране, многие называют Эстонию «новой Кремниевой долиной». Как стране, которая, как и Беларусь, сравнительно недавно входила в состав СССР, удалось добиться таких успехов? Какие нововведения помогли Эстонии?

– Когда мы восстановили независимость Эстонии, сразу встал вопрос, как мы можем ускорить развитие страны? Если сравнивать себя, например, с Финляндией, то Эстония сильно отстала по всем параметрам. Это была блестящая идея гениальных людей, таких как Тоомас Хендрик Ильвес, который позже стал президентом Эстонии: использовать ИКТ в качестве ускорителя и создавать конкретные программы, поддерживающие использование ИКТ в обществе.

Все началось в 1996 году с программы Tiger Leap, цель которой заключалась в компьютеризации всех школ Эстонии. Исходя из своего опыта, могу сказать, что если молодое поколение интересуется чем-то вроде технологий, это побуждает все общество двигаться вперед.

Конечно, использование ИКТ в обществе не было скачком, это был постепенный процесс, которому способствовали правительство и частный сектор. Качественные онлайн-услуги убедили людей в ценности цифровых каналов. Использование цифровых государственных услуг необязательно, у нас все еще есть традиционные системы. Однако люди понимают, что гораздо удобнее использовать цифровые каналы, например, для юридических транзакций с цифровым удостоверением личности. Это экономит много денег для бизнеса. Постепенно мы настолько привыкли к этому цифровому обществу и правительству, что не представляем свою жизнь без этого компонента.

– Можете рассказать нам об эстонском проекте интернет-голосования? Насколько эффективна эта система и зачем она нужна сегодня?

– Эстонская система интернет-голосования впервые была внедрена в 2005 году во время местных выборов. Теперь в Эстонии на всех выборах проводится интернет-голосование. Когда мы начинали, им пользовался очень небольшой процент населения, сейчас почти половина эстонских избирателей пользуется электронным голосованием.

Вначале у нас были дебаты в парламенте по конституционным вопросам, связанным с электронным голосованием. Верховный суд постановил, что новый метод голосования соответствует Конституции. Мы считали, что онлайн-голосование поможет привлечь избирателей, но на самом деле участие в выборах увеличилось всего на 2-3%. Есть и другие причины, по которым люди не голосуют. Сегодня мы рассматриваем интернет-голосование как важный способ голосования в цифровом обществе. Многие эстонцы живут за границей, и им очень удобно принимать участие в выборах в Эстонии через интернет.

Эстонская система электронного голосования основана на безопасной цифровой инфраструктуре страны, такой как цифровая идентификация и хорошо защищенные информационные системы. Безопасность интернет-голосования по-прежнему вызывает озабоченность во многих странах. Однако из-за пандемии COVID растет интерес к интернет-голосованию.

– Как система электронного голосования и онлайн-выборы могут повлиять на процесс демократизации в Беларуси?

– Задача демократического правительства – служить людям и способствовать участию в выборах. Внедрение интернет-голосования – сложный процесс: страна должна иметь хорошую инфраструктуру ИКТ с надежной цифровой идентификацией. Однако самым важным условием интернет-голосования является доверие к правительству.

– Представители IT-сектора и «креативного класса» сыграют важную роль в белорусских протестах, начавшихся летом 2020 года. Как вы оцениваете события, которые произошли в нашей стране после выборов 9 августа?

– Я никогда не была в Беларуси, но встречалась с людьми из вашей страны. Белорусские гражданские организации посещали Эстонию в рамках совместных проектов. Ваши специалисты в области ИКТ очень талантливы. Беларусь имеет очень хороший потенциал для использования технологий на благо общества.

Важно обеспечить альтернативные каналы коммуникации в обществе, которые не контролируются авторитарным правительством. Очень нужна ясная и правдивая картина того, что происходит не только в стране, но и на международной арене. Я знаю, что ваше интернет-сообщество очень активно в этом плане, гордитесь и вперед!

– Есть ли у недемократических режимов какие-либо шансы в борьбе с прогрессом и высокими технологиями? Каковы слабые места диктаторских государственных систем?

– Недемократические режимы также используют технологии в своих целях, например, в системах наблюдения. Они делают все, чтобы остаться у власти. Отстранить их от власти – сложная задача. Благодаря более открытому общению люди понимают, что возможна иная жизнь. Авторитарные лидеры, как правило, не любимы людьми. Для нации не отказываться от идеи о свободе – это предмет гордости.

В Эстонии также есть большая надежда на успех вашей революции. Важно распознать окно возможностей и использовать его. Это не значит, что нужно сидеть и ждать подходящего момента. Нет, это подготовка к решающему моменту, когда авторитарный режим может быть свергнут. Гражданское участие имеет важное значение для перемен. Лидеры Евросоюза могут применять санкции и резко критиковать ваше правительство, но настоящие изменения могут быть осуществлены только самим белорусским обществом.

– Лукашенко использовал военную авиацию, чтобы заставить гражданский самолет Ryanair приземлиться в Минском аэропорту. Международное сообщество назвало эти действия «актом государственного терроризма» и «воздушным пиратством». Как вы оцениваете то, что произошло в небе над Беларусью 23 мая? Какими должны быть санкции западных стран против режима, допускающего возможность сбить самолет со 126 пассажирами над своей территорией?

– Кажется невероятным, что правительство может действовать таким образом. Это была демонстрация того, что собой представляет режим Лукашенко. Думаю, мир осознал, насколько этот режим опасен не только для людей в Беларуси, но и для всего мира. Какие санкции? Это очень сложный вопрос, потому что цель – наказать авторитарный режим, а не белорусский народ. Найти этот баланс – трудная задача.

Я считаю, что недавнее решение ЕС о новых санкциях – хорошее начало. Важнее то, как народ Беларуси отреагирует на это событие. Каково ваше мнение? Что вы как нация чувствуете, когда ваше правительство действует как террористическая организация?

– На днях белорусские власти запретили крупный новостной сайт tut.by, после чего главный редактор Charter97 Наталья Радина призвала всех лидеров белорусской оппозиции потребовать экономических санкций против режима. Насколько эффективны широкие экономические санкции, включая изоляцию от международной финансовой поддержки и современных технологий, против таких режимов?

– Эти санкции, конечно, имеют влияние, но сложно сказать, изменят ли они ситуацию в Беларуси. Мы уже видели санкции против России и Беларуси, но эти режимы сильны в том смысле, что они не так сильно заботятся о последствиях санкций, как ожидалось. Санкции – это то, что может сделать международное сообщество, но все зависит от самого белорусского народа.

– Что Беларусь может перенять из опыта Эстонии в будущем для построения нового демократического государства?

– Наш опыт показывает, что для реформирования страны нужна очень сильная политическая воля. Переход к демократии не происходит сам по себе. Демократические силы должны быть готовы к совместной работе против авторитарного режима и иметь общую стратегию руководства страной после победы революции. В сложное для Эстонии время нас вдохновил лозунг «Все равно однажды победим!». Продолжайте верить, что этот момент наступит.

Скачивайте и устанавливайте мессенджер Telegram на свой смартфон или компьютер, подписывайтесь (кнопка «Присоединиться») на канал «Хартия-97».